Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «Масштаб уступает только преследованиям за протесты 2020 года». Что известно об одном из крупнейших по размаху репрессий дел
  2. Морозы еще не закончились, а следом может возникнуть новая проблема. К ней уже готовятся в МЧС
  3. Чиновница облисполкома летом 2020-го не скрывала свою позицию и ходила на протесты — она рассказала «Зеркалу», что было дальше
  4. 20 лет назад беларус был вторым на Играх в Италии, но многие считали, что его кинули. Рассказываем историю знаменитого фристайлиста
  5. «Только присел, тебя „отлюбили“». Популярная блогерка-беларуска рассказала, как работает уборщицей в Израиле, а ее муж пошел на завод
  6. Лукашенко подписал изменения в закон о дактилоскопии. Кто будет обязан ее проходить
  7. «Судья глаз не поднимает, а приговор уже готов». Беларуска решила съездить домой спустя семь лет эмиграции — но такого не ожидала
  8. В странах Европы стремительно растет количество случаев болезни, которую нельзя искоренить. В Беларуси она тоже угрожает любому
  9. Завещал беларуске 50 миллионов, а ее отец летал с ним на вертолете за месяц до ареста — что еще стало известно из файлов Эпштейна
  10. Электричка в Вильнюс и возвращение посольств. Колесникова высказалась о диалоге с Лукашенко
  11. «Лукашенко содержит резерв политзаключенных, чтобы получать больше уступок». В американском Конгрессе прошли слушания по Беларуси
  12. Из Беларуси запускают один из самых длинных прямых автобусных рейсов в ЕС — 1200 километров. Куда он идет и сколько стоит билет
  13. Украинские контратаки под Купянском тормозят планы России на Донбассе — ISW
  14. Лукашенко потребовал «внятный, конкретный, выполнимый» антикризисный план для региона с «ужаснейшей ситуацией»
  15. Одно из самых известных мест Минска может скоро измениться — там готовят реконструкцию
  16. «За оставшихся в Беларуси вступиться просто некому». Как государство хотело наказать «беглых», а пострадали обычные люди


Важные истории

Агентство Associated Press опубликовало репортаж из городской больницы Изюма Харьковской области. Врачи рассказали, как они работали во время весенних боев за город и во время российской оккупации. «Важные истории» пересказывают часть репортажа — историю о 70-летнем враче, застреленном российским военным.

Изюм был в оккупации более 5 месяцев. Россияне практически уничтожили жилую застройку города Фото: Ольга Стенько
Изюм был в оккупации более 5 месяцев. Россияне практически уничтожили жилую застройку города Фото: Ольга Стенько

«Вы пришли, чтобы убивать и грабить»

Свидетелем гибели патологоанатома Федора Здебского стали два сотрудника больницы, одна из них — Валентина Бачанова. По ее словам, у Здебского произошел конфликт с солдатом-чеченцем по имени Ахмед, который хотел забрать у врача его автомобиль марки Volkswagen. Здебский предлагал подвезти солдата, но тот не согласился.

«Из-за тебя я сплю на сырой земле», — сказал Ахмед врачу, добавив, что он воюет все 26 лет своей жизни. По словам Бачановой и ее коллеги, в какой-то момент Здебский вышел из себя и сказал: «Вы пришли на мою землю, пришли, чтобы убивать и грабить». Чеченский солдат застрелил патологоанатома со словами «Твоя жизнь в моих руках». Две пули попали врачу в голову, еще две в живот.

По словам коллег Здебского, они сообщили об убийстве российскому офицеру, но не знают, что случилось с солдатом, застрелившим врача. Сотрудники больницы говорят, что они слышали, что тело Здебского увезли в Белгород.

«Он был заботливым, — говорит Бачанова про погибшего врача. — Люди умирали, и он заботился об их детях, родственниках, матерях. Он всегда говорил: „Каждый человек — чей-то сын, чей-то отец, чей-то муж“. Но, конечно, нет смысла пытаться что-то доказать человеку с оружием».

«Все впадали в депрессию»

Российские войска захватили Изюм в начале апреля. Врач-травматолог Юрий Кузнецов рассказал, что до июля он жил и работал в подвале больницы — его дом разбомбили. По словам врача, ему приходилось лечить не только огнестрельные и осколочные раны, но и травмы, которые люди могли получить во время пыток. При этом пострадавшие отказывались говорить, как они получили эти травмы.

Кузнецов рассказывает, что операции в подвале врачи проводили на каталке и на кровати. Там было настолько холодно, что «чтобы сделать угол, нам приходилось согревать лекарства своим телом». Освещение электрику удалось наладить с помощью дизельного генератора.

«Время от времени мы все впадали в депрессию, — говорит Кузнецов. — Мы плакали, ругались. Не хотели ничего делать. Но каждая спасенная жизнь убеждала нас оставаться. Мы были уверены, что все не зря».

Сотрудник отделения скорой помощи Юрий Боцман говорит, что он до сих пор работает в изюмской больнице, потом что знает, что без него эту работать будет делать некому: «Я очень устал. За семь месяцев никто не пришел сменить нас. Как я могу уехать, зная, что никто не придет нам помочь?»

  • Месяц назад репортаж из Изюмской городской больницы опубликовало украинское издание «Объектив». В нем ничего не сообщалось о смерти врача Здебского. «Чудом, говорят в медучреждении, никто из врачей на работе не погиб», — говорится в материале.
  • ВСУ освободили Изюм 11 сентября. После отступления российских войск в городе и окрестностях обнаружили несколько сотен безымянных могил. На многих телах были следы пыток.